18+
понедельник, 23 октября
Армии и войны / Терроризм

Взрывы ИГИЛ уже на Кавказе

Теракты в южном Дагестане — такая же угроза европейскому порядку, как нападение на Париж

  
1729
На месте взрыва автомобиля у поста ГИБДД в Дербентском районе Дагестана
На месте взрыва автомобиля у поста ГИБДД в Дербентском районе Дагестана (Фото: Башир Алиев/NewsTeam/ТАСС)

Ответственность за теракт близ Дербента взяло Исламское государство (запрещено в России). Террористическая угроза, исходящая из Сирии, на Северном Кавказе все явственнее — ее экспортируют при активной помощи западных и азиатских спецслужб. А тем временем региональные державы уже принялись ажиотажно «делить» и Южный Кавказ…

Пылает Дагестан… и вся Европа

В понедельник, 15 января на контрольно-пропускном посту близ села Джемикент (на границе Дербентского и Сергокалинского районов Дагестана) прогремел взрыв. Гаишники остановили для досмотра подозрительный автомобиль Lada Priora, и в этот момент прогремел взрыв: смертник привел в действие заложенную в багажник бомбу, сделанную на основе двух 122-миллиметровых артиллерийских снарядов.

Мощность взрывного устройства оценили в 30 килограммов в тротиловом эквиваленте. Это примерно в четыре раза больше, чем мощность бомбы, взорванной в аэропорту Домодедово в январе 2011 года, в результате которого погибли 37 человек.

В результате подрыва поста ДПС погибли двое сотрудников полиции, один гражданский и сам террорист-смертник (по предварительной версии, это 23-летний Адмир Талибов, бывший студент Астраханского медицинского университета). Также в больницы было доставлено 17 пострадавших с ранениями различной тяжести.

Ответственность за теракт взяла на себя группировка, возглавляемая Абудтином Ханмагомедовым, который полгода назад присягнул на верность «Исламскому государству». Именно эту группировку, которая проходит в оперативных материалах как «Южная», считают организаторами расстрела туристов в дербентской крепости Нарын-Кала в декабре прошлого года.

После подрыва на посту в Джемикенте полицейские подразделения в Чечне, Ингушетии и самом Дагестане были переведены на усиленный режим несения службы. Бойцы спецназа ФСБ провели обыск в доме, где предположительно мог скрываться Ханмагомедов. Оказалось, что здание заминировано, и его пришлось взорвать.

Эксперт Берлинского института безопасности и международных отношений Уве Хальбах, один из крупнейших кавказоведов в Европе, отмечает, что, начиная с 2009 года, именно Дагестан стал эпицентром насилия на Северном Кавказе. Раньше этот сомнительный статус был у Чечни, внутри которой сейчас по-прежнему активны только разрозненные и малочисленные группы боевиков, при этом большое число чеченцев сражается за пределами родины — например, на обеих сторонах конфликта в юго-восточной Украине, в Сирии и Ираке.

Читайте также

Уве Хальбах в работе «Самая проблемная республика России» отмечает, что Кремль в настоящее время активно занимается процессами интеграции на постсоветском пространстве. В частности, в Евразийское экономическое пространство включена Армения, Вместе с тем, внутри самой России сформировалось собственное «внутреннее зарубежье», где невозможно обеспечить стабильность, безопасность и политическую управляемость.

Поэтому недавние теракты в Дербентском районе демонстрируют, что эпицентр джихадистского «мятежа» стоит искать вовсе не в Средней Азии, на границе с полуфеодальным Афганистаном, а в самой Европе (пусть и в окраинной ее части), неотъемлемой частью которого является Дагестан. Более того, особо отмечает Уве Хальбах, рост напряженности происходит на границе Южного и Северного Кавказа, где смыкаются еще несколько конфликтных регионов — Грузия и Азербайджан.

Закавказье в мышеловке

Сегодня весь Южный Кавказ, по сути, является «клубком» нерешенных территориальных конфликтов: между Грузией и Россией (Абхазия и Южная Осетия), Россией и Азербайджаном («лезгинский вопрос» в южном Дагестане) и, конечно, между Арменией и Азербайджаном (Нагорный Карабах). Как пишет Ангела Ульман из Центра по изучению проблем безопасности (Швейцария), эти геополитические конфликты представляют значительные препятствия для экономического роста, а также социального благополучия (особенно беженцев и интернированных лиц, численность которых составляет 1,2 млн. человек, а также людей, живущих в сельской местности).

Яркий показатель — из Грузии, где мусульмане в общей численности населения составляют менее 7%, по подсчетам Госдепартамента США, для участия в боевых действиях в Сирии и Ираке выехало не менее ста молодых людей. Причем привлекает их зачастую пример таких людей как Тархан Батирашвили (получивший прозвище на арабский манер Омар аш-Шишаши — то есть Омар Чеченский). Это этнический кистинец из Панкисии (региона, граничащего с Чечней), бывший сержант грузинских Вооруженных сил.

По мнению тбилисского журналиста и аналитика Георгия Ломсадзе, Южный Кавказ исторически находился словно бы между молотом и наковальней — между Российской и Османской империями, постоянные войны которых с XVII до начала XX столетия разоряли весь закавказский регион. Вот и ныне Россия и Турция, как региональные тяжеловесы имеют противоположные геополитические интересы как в Сирии, так и в остальной части Большого Ближнего Востока. И сегодня Армения, Азербайджан и Грузия (Южная Осетия и Абхазия, напомним, официально не признаны в качестве независимых государств большинством стран мира) находятся под усиливающимся давлением, чтобы однозначно занять одну из сторон в этой геополитической «мышеловке».

Взять хотя бы Армению, в которой Россия имеет военную базу и является «старшим» союзником в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Помимо этого, Россия выступает в качестве посредника (наряду с Соединенными Штатами и Францией) при попытках дипломатического разрешения нагорно-карабахского конфликта.

Совсем иного мнения придерживается официальная Анкара: во время недавнего визита в Киев турецкий премьер-министр Ахмет Давутоглу напрямую обвинил Россию в нарушении территориальной целостности Грузии, Украины и Сирии, а также в поддержке армянской военной агрессии в Нагорном Карабахе.

Читайте также

Турция — одна против всего мира

Французский аналитик Джеруа Колман просчитывает опасности турецкой экспансии в регионы Северного Кавказа, Центральной Азии и Западного Китая — регионов, которые населены тюркоязычными этносами. По мнению эксперта, Анкара неофициально может использовать потенциал исламистского вооруженного подполья: его активность возрастает в связи с тем, что сирийские правительственные войска и курдское ополчение (пешмерга) поэтапно «зачищают» регионы, которые контролируются боевиками. Так, сейчас поток беженцев из провинции Алеппо хлынул через турецкую границу и, почти наверняка, среди них имеются как действующие боевики, так и потенциальные террористы.

Колман уверен, что потенциал этих боевиков может быть использован спецслужбами западных и азиатских стран, чтобы посеять смуту на Северном Кавказе. Это неизменно усилит конфликт Турции с Россией. Вторая мишень (регион, располагающийся на «тюркской дуге», о существовании которой писал Ахмет Давотоглу, еще будучи университетским профессором) — это Центральная Азия. Но здесь Турция вступит в противоречие с интересами Ирана (вероятно, под контролем США), а в Западном Китае — естественно, с интересами властей материкового Китая. Готова ли сегодня Турция оказаться одна против всего мира?!

Читайте также

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Пикин

Директор Фонда энергетического развития

Дмитрий Полонский

Вице-премьер Республики Крым

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Lentainform
Медиаметрикс
Жэньминь Жибао
НСН
Финам
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Поволжье