18+
понедельник, 19 февраля
Общество

Сами то мы не местные…

Ростовская область избавляется от украинских беженцев

  
944
Сами то мы не местные…

Восьмилетний Ярик, с которым играют во дворе дети автора статьи, в Ростове-на-Дону живет недавно. Он — из города Ровеньки, что в Луганской области. Родители Ярика целыми днями на работе. Им очень нужны деньги, чтобы обосноваться на новом месте жительства. 1 сентября Ярик пойдет в ростовскую школу. Таких, как он и его родители, в Ростовской области сегодня десятки тысяч. Это — беженцы…

Активизация боевых действий на территории Донбасса и Луганщины еще в начале лета 2014 г. привела к массовому потоку беженцев на территорию соседних регионов Российской Федерации. По словам вице-премьера российского правительства Ольги Голодец, сегодня в Российской Федерации находится 207 тысяч беженцев с территории Украины.

Ростовская область, в силу своей географической близости к Донецкой и Луганской областям, а также давним социальным связям между населением, стала центром прибытия и размещения основных потоков беженцев. Как только вооруженное противостояние киевского режима с донецкими и луганскими ополченцами перешло в такую стадию, когда проживать на территории, охваченной боевыми действиями, стало крайне опасно для жизни, десятки тысяч мирных жителей потянулись в Ростовскую область с целью временного укрытия от войны. К августу 2014 года общая численность беженцев на территории Ростовской области составила не менее 53 тысяч человек. Скорее всего — их гораздо больше, ведь далеко не все бегущие от войны люди предпочитают оставаться в государственных пунктах приема беженцев, предпочитая самостоятельный поиск вариантов для размещения.

Таких вариантов существует, как минимум, четыре. Первый, наиболее массовый, охватывающий десятки тысяч человек, — государственные пункты по размещению беженцев, организованные Федеральной миграционной службой и Министерством по делам чрезвычайных ситуаций. В пограничных районах Ростовской области, прежде всего в Азовском и Неклиновском, на территории баз отдыха и санаториев были размещены временные пункты по размещению беженцев.

Второй вариант размещения беженцев — у родственников и знакомых. Известно, что Ростовская область имеет тесные связи с соседними Донецкой и Луганской областями. Ведь исторически земли трех областей составляют один регион с практически тождественным в этнокультурном отношении населением. У многих донетчан и луганчан в Ростовской области живут близкие родственники, друзья и знакомые. Можно говорить о тысячах людей, разместившихся у родственников и друзей, но вместе с тем их точная численность установлена быть не может, они не регистрируются в лагерях беженцев, решая свои проблемы с жильем и обеспечением самостоятельно.

Третий вариант — размещение у волонтеров. Многие ростовчане и жители сельских районов Ростовской области с самого начала массового потока беженцев заявили о своей готовности приютить спасающихся от войны людей. Кто связывался с волонтерскими организациями, чтобы они привезли им беженцев, кто размещал объявления самостоятельно, предлагая разместиться в свободных дачах, сельских домах, а то и в городских квартирах.

Наконец, четвертый вариант — самостоятельное размещение беженцев. Многие из них, не обращаясь за помощью ни в государственные пункты размещения беженцев, ни к родственникам или волонтерам, прибыли на территорию области, сняли квартиры и устроились на работу.

По прошествии трех месяцев непрекращающегося потока беженцев с территории соседнего государства, стало ясно, что Ростовская область, несмотря на прилагаемые региональной администрацией усилия и готовность к помощи местного населения, с потоком десятков тысяч граждан Украины не справляется. Поэтому к концу августа ситуация несколько изменилась. С одной стороны, сами беженцы осознали, что «пересидеть» месяц-два в соседнем государстве не получится — придется обосновываться на более долгий срок. Это побудило людей, поначалу предпочитавших пассивно выжидать в государственных пунктах размещения, адаптироваться в новых условиях. С другой стороны, региональная власть не справляется с потоком беженцев и задачами по их размещению на территории области, тем более в долгосрочной перспективе.

За разъяснениями о сложившейся в сфере размещения и адаптации беженцев ситуации корреспондент «СП-Юг» обратился к Оксане Сазоновой — представителю общественной волонтерской инициативы, с самого начала занимающейся вопросами встречи и размещения спасающихся от войны людей на территории Ростовской области.

«СП-Юг»: Оксана, как в целом складывается судьба беженцев, прибывших в Ростовскую область два — три месяца назад? Они предпочитают оставаться в лагерях размещения, или переходят к «самостоятельной жизни»?

— В лагерях для беженцев люди задерживаются в среднем недели две, максимум месяц, после чего должны определиться с местом переезда. Сейчас ресурс Ростовской области исчерпан, и тех, кто не может уехать сам, перевозят в другие регионы. Судьба тех, кто прибыл в начале лета и «закрепился» у нас, конечно, складывается очень по-разному. Единственное, что стоит отметить, так это отсутствие прежних настроений вроде «Мы приехали на 90 дней, а там все успокоится и мы назад». Уже понятно, что все не успокоится так скоро, да и многим некуда возвращаться. Мне знакомо много беженцев, которые за это время нашли работу и стали самостоятельно снимать жилье, сейчас собирают детей в школу, закупают теплую одежду на осень и зиму и так далее.

«СП-Юг»: Вы говорите, что ресурс Ростовской области по приему беженцев к настоящему моменту исчерпан. В какие регионы теперь будут направляться беженцы? Можно ли уже назвать те субъекты Российской Федерации, куда направляется поток беженцев, минуя Ростовскую область?

— Квоты на прием беженцев Ростовская область исчерпала одной из первых, как и Крым, кстати. Интересно, что новость об этом чуть ли день в день совпала с признанием, которое мы сами сделали для себя в волонтерской среде: мы больше, к сожалению, не можем расселять. В начале лета мы без проблем за пару-тройку звонков находили жилье, и в самом Ростове тоже. Но теперь остались варианты в глухой сельской местности, которые беженцам не подходят не из-за каких-то прихотей, а по объективным причинам: там нет условий для детей (чаще всего нет элементарно воды и света, дома брошенные), нет работы, невозможно встать на миграционный учет и оформить документы. И практически в то же время в МЧС заявили, что теперь будут только переправлять беженцев в другие регионы. Ну, еще иногда задействовались ростовские общежития. В Постановлении от 22 июля 2014 г. № 691, Дмитрием Медведевым, оглашены квоты о приеме и распределении граждан Украины. Наибольшие квоты получили Калужская, Смоленская, Нижегородская, Самарская, Саратовская, Свердловская, Новосибирская области и республика Башкортостан. Ростовская область, как и Москва и Санкт-Петербург, квот не получили вообще. Что касается переездов, как рассказали нам представители МЧС в палаточных лагерях, самыми привлекательными для украинцев являются шахтерские регионы, особенно Кузбасс, а также регионы с развитой промышленностью. Нижний Новгород, Уфа, Тюмень, Самара, Смоленск, Челябинск, Екатеринбург, Пенза, Ярославль — вот некоторые города, которые они называли в первую очередь. На север, например, в Мурманск, тоже часть просятся. Знаю большую семью, которая сейчас ждет отъезда на Камчатку. Сама выбрала регион, хотя у них там никого нет, через Интернет уже нашли работу.

В обществе сложилось двойственное отношение к присутствию беженцев. Большая часть населения считает долгом России принять русских и русскоязычных людей из охваченной войной соседней страны. Однако широко распространены и негативные отклики на присутствие беженцев. При этом они часто противоречат друг другу. Так, распространяются слухи о «тунеядстве» беженцев, их нежелании работать даже за высокие по местным меркам заработные платы. Якобы в государственных пунктах размещения беженцам платят по 800 рублей на человека в сутки, что подразумевает весьма приличную сумму месячного содержания. Здесь следует отметить, что деньги, выделяемые беженцам, никто, разумеется, не выдает им на руки. Эти 800 рублей выделяются на человека центрам размещения и включают в себя питание, одежду, медицинское и бытовое обслуживание.

Другая точка зрения — беженцы занимают рабочие места ростовчан, соглашаясь работать за меньшие деньги и мешая трудоустройству коренных жителей. Здесь можно говорить об опасениях местного населения насчет превращения беженцев в аналог среднеазиатских гастарбайтеров, только свободно владеющих русским языком и имеющих разнообразные профессиональные квалификации. Действительно, многие беженцы устраиваются работать на предприятия, в коммерческие организации, но пока преждевременно говорить о том, что их присутствие серьезно сказывается на рынке труда в Ростовской области. Но в любом случае нельзя исключать и позитивного влияния присутствия беженцев на рынок труда, поскольку многие вакансии, не пользующиеся востребованностью среди коренного населения, могут быть заполнены беженцами, среди которых — и врачи, и учителя, и квалифицированные рабочие.

Наконец, немаловажное значение имеет феномен «псевдобеженцев». На улицах, вокзалах и базарах Ростова-на-Дону, а также других городов области, появились люди, представляющиеся беженцами и собирающие милостыню. Как правило, в случае выяснения обстоятельств, предложения проехать в пункт временного размещения или к волонтерам, они предпочитают ретироваться. Естественно, что подавляющее большинство попрошаек, не имеет никакого отношения к беженцам — это профессиональные нищие, а также представители одной известной этнической группы, которые сориентировались в текущей ситуации, использовали ее для модернизации своего заработка. Но на восприятие беженцев местным населением деятельность попрошаек также оказывает влияние — они дискредитируют людей, бежавших из зоны боевых действий, а также государственную власть и волонтеров, создавая впечатление о том, что беженцы брошены на произвол судьбы и не пользуются государственной и общественной поддержкой.

Размещение беженцев остается важной проблемой не только для администрации Ростовской области, но и для ее жителей. Конечно, ее полное решение возможно только после прекращения боевых действий и возвращения Донбасса и Луганщины к мирной жизни. Однако и в этом случае надо понимать, что многим людям, обосновавшимся в Ростовской области или следующим дальше, во внутренние регионы России, возвращаться просто некуда. Они станут новыми жителями России и то, что в условиях недостаточного демографического роста в стране появятся десятки тысяч русских и русскоязычных людей, в стратегическом плане представляет несомненный плюс для российского государства и общества.

Фото: ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин.

Популярное в сети
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Владимир Жарихин

Заместитель директора Института стран СНГ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости
Новости Lentainform
Новости Медиаметрикс
Жэньминь Жибао
НСН
Новости Финам
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Поволжье