18+
пятница, 21 сентября
Общество

Сами то мы не местные…

Ростовская область избавляется от украинских беженцев

  
947
Сами то мы не местные…

Восьмилетний Ярик, с которым играют во дворе дети автора статьи, в Ростове-на-Дону живет недавно. Он — из города Ровеньки, что в Луганской области. Родители Ярика целыми днями на работе. Им очень нужны деньги, чтобы обосноваться на новом месте жительства. 1 сентября Ярик пойдет в ростовскую школу. Таких, как он и его родители, в Ростовской области сегодня десятки тысяч. Это — беженцы…

Активизация боевых действий на территории Донбасса и Луганщины еще в начале лета 2014 г. привела к массовому потоку беженцев на территорию соседних регионов Российской Федерации. По словам вице-премьера российского правительства Ольги Голодец, сегодня в Российской Федерации находится 207 тысяч беженцев с территории Украины.

Ростовская область, в силу своей географической близости к Донецкой и Луганской областям, а также давним социальным связям между населением, стала центром прибытия и размещения основных потоков беженцев. Как только вооруженное противостояние киевского режима с донецкими и луганскими ополченцами перешло в такую стадию, когда проживать на территории, охваченной боевыми действиями, стало крайне опасно для жизни, десятки тысяч мирных жителей потянулись в Ростовскую область с целью временного укрытия от войны. К августу 2014 года общая численность беженцев на территории Ростовской области составила не менее 53 тысяч человек. Скорее всего — их гораздо больше, ведь далеко не все бегущие от войны люди предпочитают оставаться в государственных пунктах приема беженцев, предпочитая самостоятельный поиск вариантов для размещения.

Таких вариантов существует, как минимум, четыре. Первый, наиболее массовый, охватывающий десятки тысяч человек, — государственные пункты по размещению беженцев, организованные Федеральной миграционной службой и Министерством по делам чрезвычайных ситуаций. В пограничных районах Ростовской области, прежде всего в Азовском и Неклиновском, на территории баз отдыха и санаториев были размещены временные пункты по размещению беженцев.

Второй вариант размещения беженцев — у родственников и знакомых. Известно, что Ростовская область имеет тесные связи с соседними Донецкой и Луганской областями. Ведь исторически земли трех областей составляют один регион с практически тождественным в этнокультурном отношении населением. У многих донетчан и луганчан в Ростовской области живут близкие родственники, друзья и знакомые. Можно говорить о тысячах людей, разместившихся у родственников и друзей, но вместе с тем их точная численность установлена быть не может, они не регистрируются в лагерях беженцев, решая свои проблемы с жильем и обеспечением самостоятельно.

Третий вариант — размещение у волонтеров. Многие ростовчане и жители сельских районов Ростовской области с самого начала массового потока беженцев заявили о своей готовности приютить спасающихся от войны людей. Кто связывался с волонтерскими организациями, чтобы они привезли им беженцев, кто размещал объявления самостоятельно, предлагая разместиться в свободных дачах, сельских домах, а то и в городских квартирах.

Наконец, четвертый вариант — самостоятельное размещение беженцев. Многие из них, не обращаясь за помощью ни в государственные пункты размещения беженцев, ни к родственникам или волонтерам, прибыли на территорию области, сняли квартиры и устроились на работу.

По прошествии трех месяцев непрекращающегося потока беженцев с территории соседнего государства, стало ясно, что Ростовская область, несмотря на прилагаемые региональной администрацией усилия и готовность к помощи местного населения, с потоком десятков тысяч граждан Украины не справляется. Поэтому к концу августа ситуация несколько изменилась. С одной стороны, сами беженцы осознали, что «пересидеть» месяц-два в соседнем государстве не получится — придется обосновываться на более долгий срок. Это побудило людей, поначалу предпочитавших пассивно выжидать в государственных пунктах размещения, адаптироваться в новых условиях. С другой стороны, региональная власть не справляется с потоком беженцев и задачами по их размещению на территории области, тем более в долгосрочной перспективе.

За разъяснениями о сложившейся в сфере размещения и адаптации беженцев ситуации корреспондент «СП-Юг» обратился к Оксане Сазоновой — представителю общественной волонтерской инициативы, с самого начала занимающейся вопросами встречи и размещения спасающихся от войны людей на территории Ростовской области.

«СП-Юг»: Оксана, как в целом складывается судьба беженцев, прибывших в Ростовскую область два — три месяца назад? Они предпочитают оставаться в лагерях размещения, или переходят к «самостоятельной жизни»?

— В лагерях для беженцев люди задерживаются в среднем недели две, максимум месяц, после чего должны определиться с местом переезда. Сейчас ресурс Ростовской области исчерпан, и тех, кто не может уехать сам, перевозят в другие регионы. Судьба тех, кто прибыл в начале лета и «закрепился» у нас, конечно, складывается очень по-разному. Единственное, что стоит отметить, так это отсутствие прежних настроений вроде «Мы приехали на 90 дней, а там все успокоится и мы назад». Уже понятно, что все не успокоится так скоро, да и многим некуда возвращаться. Мне знакомо много беженцев, которые за это время нашли работу и стали самостоятельно снимать жилье, сейчас собирают детей в школу, закупают теплую одежду на осень и зиму и так далее.

«СП-Юг»: Вы говорите, что ресурс Ростовской области по приему беженцев к настоящему моменту исчерпан. В какие регионы теперь будут направляться беженцы? Можно ли уже назвать те субъекты Российской Федерации, куда направляется поток беженцев, минуя Ростовскую область?

— Квоты на прием беженцев Ростовская область исчерпала одной из первых, как и Крым, кстати. Интересно, что новость об этом чуть ли день в день совпала с признанием, которое мы сами сделали для себя в волонтерской среде: мы больше, к сожалению, не можем расселять. В начале лета мы без проблем за пару-тройку звонков находили жилье, и в самом Ростове тоже. Но теперь остались варианты в глухой сельской местности, которые беженцам не подходят не из-за каких-то прихотей, а по объективным причинам: там нет условий для детей (чаще всего нет элементарно воды и света, дома брошенные), нет работы, невозможно встать на миграционный учет и оформить документы. И практически в то же время в МЧС заявили, что теперь будут только переправлять беженцев в другие регионы. Ну, еще иногда задействовались ростовские общежития. В Постановлении от 22 июля 2014 г. № 691, Дмитрием Медведевым, оглашены квоты о приеме и распределении граждан Украины. Наибольшие квоты получили Калужская, Смоленская, Нижегородская, Самарская, Саратовская, Свердловская, Новосибирская области и республика Башкортостан. Ростовская область, как и Москва и Санкт-Петербург, квот не получили вообще. Что касается переездов, как рассказали нам представители МЧС в палаточных лагерях, самыми привлекательными для украинцев являются шахтерские регионы, особенно Кузбасс, а также регионы с развитой промышленностью. Нижний Новгород, Уфа, Тюмень, Самара, Смоленск, Челябинск, Екатеринбург, Пенза, Ярославль — вот некоторые города, которые они называли в первую очередь. На север, например, в Мурманск, тоже часть просятся. Знаю большую семью, которая сейчас ждет отъезда на Камчатку. Сама выбрала регион, хотя у них там никого нет, через Интернет уже нашли работу.

В обществе сложилось двойственное отношение к присутствию беженцев. Большая часть населения считает долгом России принять русских и русскоязычных людей из охваченной войной соседней страны. Однако широко распространены и негативные отклики на присутствие беженцев. При этом они часто противоречат друг другу. Так, распространяются слухи о «тунеядстве» беженцев, их нежелании работать даже за высокие по местным меркам заработные платы. Якобы в государственных пунктах размещения беженцам платят по 800 рублей на человека в сутки, что подразумевает весьма приличную сумму месячного содержания. Здесь следует отметить, что деньги, выделяемые беженцам, никто, разумеется, не выдает им на руки. Эти 800 рублей выделяются на человека центрам размещения и включают в себя питание, одежду, медицинское и бытовое обслуживание.

Другая точка зрения — беженцы занимают рабочие места ростовчан, соглашаясь работать за меньшие деньги и мешая трудоустройству коренных жителей. Здесь можно говорить об опасениях местного населения насчет превращения беженцев в аналог среднеазиатских гастарбайтеров, только свободно владеющих русским языком и имеющих разнообразные профессиональные квалификации. Действительно, многие беженцы устраиваются работать на предприятия, в коммерческие организации, но пока преждевременно говорить о том, что их присутствие серьезно сказывается на рынке труда в Ростовской области. Но в любом случае нельзя исключать и позитивного влияния присутствия беженцев на рынок труда, поскольку многие вакансии, не пользующиеся востребованностью среди коренного населения, могут быть заполнены беженцами, среди которых — и врачи, и учителя, и квалифицированные рабочие.

Наконец, немаловажное значение имеет феномен «псевдобеженцев». На улицах, вокзалах и базарах Ростова-на-Дону, а также других городов области, появились люди, представляющиеся беженцами и собирающие милостыню. Как правило, в случае выяснения обстоятельств, предложения проехать в пункт временного размещения или к волонтерам, они предпочитают ретироваться. Естественно, что подавляющее большинство попрошаек, не имеет никакого отношения к беженцам — это профессиональные нищие, а также представители одной известной этнической группы, которые сориентировались в текущей ситуации, использовали ее для модернизации своего заработка. Но на восприятие беженцев местным населением деятельность попрошаек также оказывает влияние — они дискредитируют людей, бежавших из зоны боевых действий, а также государственную власть и волонтеров, создавая впечатление о том, что беженцы брошены на произвол судьбы и не пользуются государственной и общественной поддержкой.

Размещение беженцев остается важной проблемой не только для администрации Ростовской области, но и для ее жителей. Конечно, ее полное решение возможно только после прекращения боевых действий и возвращения Донбасса и Луганщины к мирной жизни. Однако и в этом случае надо понимать, что многим людям, обосновавшимся в Ростовской области или следующим дальше, во внутренние регионы России, возвращаться просто некуда. Они станут новыми жителями России и то, что в условиях недостаточного демографического роста в стране появятся десятки тысяч русских и русскоязычных людей, в стратегическом плане представляет несомненный плюс для российского государства и общества.

Фото: ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин.

Популярное в сети
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости
Новости Lentainform
Новости Медиаметрикс
Жэньминь Жибао
НСН
Новости Финам
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Поволжье