Общество

Легко ли быть вынужденным переселенцем?

Корреспондент «СП-Юг» побывала в пункте временного размещения беженцев на Кубани и выяснила, какими настроениями живет лагерь

  
900
Легко ли быть вынужденным переселенцем?

Палаточная жизнь

Лагерь МЧС для беженцев из Украины в станице Кущевской расположился за стадионом. При входе — пост полиции. Вдоль кирпичной стены — два ряда палаток. В одной из них люди в белых халатах что-то обсуждают, за их спинами — полки с медицинскими принадлежностями. В соседней палатке расположилась администрация, об этом гласит приклеенный скотчем лист. В ожидании начальника ПВР читаю правила поведения для беженцев: курение и распитие спиртного запрещено, вход в лагерь по пропускам, свободный выход за пределы территории — только до 22.00. Дисциплина, однако. Мимо на «великах» проезжают двое мальчишек, старшему — лет десять. Судя по беспечным улыбкам, масштаб трагедии — причины, по которой они здесь оказались, ребята пока не осознают.

Позже выясняется, что велосипеды — часть гуманитарной помощи, присланной жителями края, как, впрочем, и одежда, еда и бытовые принадлежности.

— Приезжают практически без ничего, — рассказывает начальник лагеря Татьяна Снитко. — Пара сумок — основное, что успели схватить, собираясь. Одеваем-обуваем их из того, что прислали с «гуманитаркой». Питаются они у нас в кафе, кухни на территории лагеря нет, только две палатки под столовые, где можно перекусить и попить чаю. С вечера в кафе выдают завтрак, чтобы не ограничивать во времени, мало ли, кто сколько спит. Зубные щетки, мыло, порошок, салфетки, — все это предоставляем, — собеседница переходит к теме гигиены. — Летнего душа нет — у нас тут грунтовые воды; но зато есть кабинки гигиены, и два раза в неделю мы возим людей в баню. Тазики и ковшики выдаем, а когда люди выезжают из лагеря, забирают их с собой.

Что и говорить, быт нехитрый. Оказалось, выезжают, в среднем, каждые 3−4 дня, — именно такой период пребывания беженцев установлен в ПВР. За это время совместными усилиями нужно найти жилье и решить вопрос с работой, — хотя бы на первое время. Лагерь рассчитан на 250 человек, хотя обычно в нем пребывает порядка 30. Одних проводили — пора заниматься вновь прибывшими. Кстати, помимо тазов и ковшиков, отъезжающие (или уходящие) получают продукты питания на несколько дней и постельное белье, по мере возможности.

— Пока есть — я выдаю, закончится — не знаю, что буду делать, — хмурит брови начальница. — Постельного белья и подушек не хватает, стиральный порошок нужен постоянно. У нас на каждого по 500 рублей из бюджета, а от края мы еще ни копейки не получили! Человек идет куда-то жить, там же для него ничего нет! Денег у них с собой вряд ли много. Наверное, у кого они есть, в палаточном лагере не останавливаются.

Спасение «утопающих»

Согласно российскому законодательству, иностранцы, к коим приравнены и граждане Украины, могут находиться в России без регистрации не более 90 дней. При этом разрешение на работу они получают лишь после того, как уладят вопрос с жильем. Здесь-то и кроется основная проблема вынужденных переселенцев. Рассматривая беженцев как дешевую и почти бесправную рабочую силу, предприимчивые субъекты уже пытаются воспользоваться ситуацией.

Руслан Барбаков из ст. Луганской, прежде, чем оказаться в Кущевской, проехал через весь Краснодарский край — около тысячи километров.

— Сначала на пункт приема беженцев в Ростовской области приехал человек и предложил работу на побережье, в Архипо-Осиповке, — рассказывает Руслан. — Мы отправились туда на своих «Жигулях». Приехали: рабочий день 16 часов и зарплата 20 тыс. рублей, без выходных. Т.е. нам сказали, что выходной будет, когда нужно, но четкого ответа так и не дали. Я тогда еще не понимал, 20 тысяч — это много или мало с таким графиком, да и деньги новые, запутаться можно. Только приехали — практически сразу приступили к работе, толком даже не отдохнули. Мать просто не выдержала. Работала одна всю смену. В 7 утра заступала, в 8 открывалось кафе, и до 24.00 оно должно было работать. А потом еще час уходил на уборку.

С горем пополам получив расчет за неделю работы, Руслан отправился в Новороссийск. В ожидании решения властей ночевать пришлось в машине. Спустя пару дней в администрации города сказали, что предоставить жилье не смогут. Соответственно, отдел УФМС отказал в трудоустройстве.

— Помыкались мы в Новороссийске, пока нам не сказали: «Езжайте в Кущевку». Вот, сюда вернулись…

Руслану и его маме повезло — буквально за день до их приезда в администрацию станицы обратилась жительница Красной Поляны. У женщины частный дом, и она готова помогать пострадавшим.

— Сейчас главное — документы сделать. Найдем работу — с голоду не помрем, — рассуждает беженец. — Я, когда выезжал, даже не знал, куда еду. Что здесь будет за границей? Да лишь бы не стреляли. Пересек границу — небо и земля! Тут самолеты летают — я радуюсь этому! Потому что еще недавно над головой летали боевые МиГи и СУ-27.

Говоря о событиях, заставивших ее покинуть свой город, Татьяна Маркина вытирает слезы. В Луганске остались родители — не смогли уехать. Там была квартира, достойная работа и налаженный быт.

— Инфраструктура разрушена, частные дома, многоэтажки… я точно не знаю, но говорят, что ополченцы сейчас у нас в городе, а украинская армия пытается их оттуда выдворить. Воюют между собой, но пули летят в мирных жителей. Война эта уже надоела, все хотят просто мирно жить. Изначально Донбасс новую украинскую власть не принял. Когда шли на референдум, хотели отделиться от Украины. Думали, Россия нас к себе возьмет хоть какой-нибудь автономной областью, — немного смущаясь, девушка пытается улыбнуться, — поверили ополченцам.

В Россию Татьяна приехала вместе с мужем и маленькой дочкой. Добирались на машине через Изварино. На украинской границе в многокилометровой очереди стояли 34 часа. Две недели прожили у родственников в деревне, но денег не хватало катастрофически. Российские цены повергали в шок.

— Люди помогали, конечно. Одна бабушка картошки дала, другая — морковки надергала, третья молочка принесла, — как-то перебивались. Но условий для проживания — никаких. Что будет дальше, не известно. Сейчас мы здесь — никто.

Среди беженцев бытует мнение, что тем, у кого есть родственники в России, устроиться проще. Возможно. Но не всем. Семья Елены Кирячек из п. Новосветловка Луганской области пересекла границу 23 июня. Родственники встретили, как полагается: из Ростовской области отвезли в Геленджик. Несколько дней худо-бедно прожили на курорте.

— Некоторое время я там работала в кафе, — рассказывает женщина, — но вы же знаете, как у родни жить: не очень-то мы там и нужны. Они сами на птичьих правах, на съемной квартире. Приехали сюда. Ходила сегодня в администрацию, дали списки тех, кто принимает на квартиру. Насчет жилья и трудоустройства ничего не известно. Ну, примут нас на день, два, три, а дальше что? Сегодня живем, а завтра — пора и честь знать. Мама пенсионерка, а мне-то работать надо. Жить-то на что? Домой сейчас ехать опасно, а здесь определенности — никакой.

Реальные амбиции

Между тем, беженцы из Украины востребованы среди индивидуальных предпринимателей, в частности, фермерские хозяйства готовы предложить им пусть временную, но работу. Вместе с ней — и бесплатное проживание с питанием. В каком-то смысле, переселенцам повезло — ведь сейчас идет уборка урожая. Некоторые коммерческие организации также готовы взять сотрудников. По словам Татьяны Снитко, в лагере имеется небольшая база вакансий. Работодатели приезжают из других районов и оставляют информацию о том, какие специалисты им нужны. Пребывающие в лагере могут что-нибудь выбрать из списка и созвониться с работодателем.

— Люди здесь разные. Живет у нас одна семья. Ничего сами не ищут, ждут, пока им все предложат. Да непременно что-то высоко оплачиваемое. Недавно приехал фермер, требуются люди на уборку лука, 30 рублей в час. Спрашиваю: «Поедете?», отвечают: «Да нууу».

А вот часть нашего разговора с Алиной Шипиловой из Енакиева:

— Нас кормят, конечно, но условий — никаких! Что это такое? Даже летнего душа нет! Я должна плескаться из ковшика! Почему я с ребенком должна жить в палатке?!

— Какие условия вам должны были предоставить?

— Не знаю, пусть нам квартиру найдут нормальную — с душем, с удобствами…

Требование комфортных условий в экстремальной ситуации вызывает, мягко говоря, противоречивые чувства, несмотря на то, что раздражение девушки можно понять. Администрация Новороссийска отправила ее в палаточный лагерь с 9-месячным ребенком, мотивировав свое решение — другими словами, отказ, — тем, что в Кущевке и жилье найдут, и жизнь устроят. Действия чиновников — это всегда вопрос их личностных моральных качеств, но и долг принимающей стороны по отношению к беженцам — вопрос относительный.

В настоящее время практически все районы Краснодарского края обязаны принимать и размещать беженцев, в дальнейшем предоставляя какую-либо работу. К этой теме мы, возможно, вернемся еще не раз. Но вот беда: что делать с этими несчастными, похоже, толком не знает никто. Совершенно непонятна их дальнейшая судьба.

Фото автора.

Популярное в сети
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости
Новости Lentainform
Новости Медиаметрикс
Жэньминь Жибао
НСН
Новости Финам
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Поволжье