Чиновники спасают от краха Южную Осетию

Экономика республики переживает непростые времена

  
4640
Южная Осетия. Цхинвальский район. Церковь Пресвятой Богородицы на территории монастырского комплекса Икорта
Южная Осетия. Цхинвальский район. Церковь Пресвятой Богородицы на территории монастырского комплекса Икорта (Фото: Станислав Красильников/ТАСС)

На днях первый заместитель председателя правительства Южной Осетии Алан Техов рассказал какие средства использует руководство государства, чтобы вывести из кризиса экономику страны. Из его слов можно извлечь много полезной информации, но для начала необходимо иметь кое-какие сведения о положении дел в этой сфере.

Экономическое безобразие

44% населения республики живут за чертой бедности. Связано это, конечно, с чередой военных конфликтов и экономической блокадой со стороны Грузии. В принципе, абсолютное большинство всех проблем РЮО связано с принципиальностью Тбилиси. Уровень безработицы по официальным данным Цхинвала, не превышает 15%. Это очень высокий показатель, однако независимые эксперты полагают, что власти преуменьшают проблему в два-три раза. Подобного мнения придерживается североосетинский политолог Джульетта Козаева. По ее мнению, уровень безработицы никак не ниже 35−40%.

Рассказывают власти и про то, что в стране снижается инфляция, она, мол, незначительная и даже ниже российской, что несколько странно. Впрочем, сразу после войны в Осетии наблюдалась кратковременная гиперинфляция, и более всего ощутима она была в сельскохозяйственной сфере — цены на фрукты, овощи и мясо подскочили в разы. Это было связано с прекращением ввоза продукции из Грузии. Экономика была в состоянии переориентации, когда все ждали ввоза продуктов из России, однако до нормализации процесса импорта на некоторое время рынок захватили почувствовавшие легкие деньги коммерсанты. В этом был и положительный момент — жители РЮО попытались реанимировать сельское хозяйство. На некоторое время энтузиазма хватило, но потом снова все заглохло.

Теперь к формирующим бюджет моментам. Раз уж выше уже упоминалось сельское хозяйство, то с него и следует начать. Чтобы понять, насколько не реализован потенциал государства, надо обратиться к сравнению данных нынешней эпохи и последних лет существования СССР. В 1989 году в Южной Осетии насчитывалось девять тысяч гектаров посевных площадей, сейчас едва тысяча наберется. Если обратиться к животноводству, то картина еще более мрачная. В предразвальный период поголовье коз, овец и КРС в общем превышало 200 тысяч. В настоящее время показатель колеблется в районе 25−30 тысяч. Лучше всего характеризует положение вещей Вячеслав Джабиев, научный сотрудник Юго-осетинского научно-исследовательского института.

—  Приблизительно в год на одного жителя приходится 218 рублей национального сельскохозяйственного производства, из них 112 рублей — на растениеводческую продукцию, оставшаяся сумма — на животноводческую. То есть, ни о какой продовольственной безопасности говорить не приходится, — дает исчерпывающий комментарий эксперт.

Пойдем далее. Туризма в республике не существует вообще, несмотря на то, что природные условия располагают к развитию этого сегмента. Такое несоответствие вызвано отнюдь не наплевательским отношением Цхинвала, тут главной проблемой является юридический аспект большой политики — де-юре мировое сообщество практически единогласно признает Южную Осетию частью Грузии. Из этого вытекает, что всякий, скажем, американец или европеец (за исключением тех, что плюют на законодательство своей страны, — Авт.) вынужден сначала прибыть в Тбилиси, поговорить там с определенными людьми, и, возможно, после этого ему разрешат проехать на «территорию сепаратистов».

Остается промышленность. Может ею и спасается страна? Нет. После развала Союза этот сектор ждал практически мгновенный крах. Сначала бомбежки и резня начала 90-х разогнали людей и разрушили здания вместе с инфраструктурой. Потом банальное отсутствие спроса добило производство. А ведь в конце 50-х прошлого века в Южной Осетии был открыт единственный в СССР завод по производству сложных электровибрационных машин. Сейчас «Вибромашина» продолжает функционировать, только от былой славы ничего не осталось. Работающие под крышей завода энтузиасты штампуют вместо диковинной техники заборы и калитки. В таком же положении завод «Эмальпровод», когда-то тоже считавшийся уникальным. Еще хуже с местным лесокомбинатом, в свое время обеспечивавшим практически всю Грузию. Но теперь он выпускает лишь стулья, кровати, столы в незначительных количествах. Можно вспомнить еще о полезных ископаемых, но сюда и вовсе соваться не стоит — кое-какие запасы металлов и минералов есть, но их разработка дорого обойдется, а отдача не гарантирована.

Неэффективная программа

Примерно так, в двух словах можно описать экономику государства под названием Южная Осетия. В общем, получается, что говоря об экономических реформах, первый зам правительства Алан Техов уподобляется реаниматологу-теоретику. В основном, чиновник говорит об Инвестиционной программе развития РЮО, в соответствии с которой Россия выделяет деньги республике. В последнем варианте программы есть интересный момент: предусматривается выделение двух миллиардов рублей на «поддержку местных предпринимателей». РФ передает деньги РЮО, а последняя формирует из них бюджет, присовокупив внутренние доходы. Разумеется, Москва прикладывает руку к распределению выделенных финансов. Оттого-то эти два миллиарда разделены на две части, контролируемые разными структурами. Восемьсот миллионов находятся в Цхинвале. Теоретически, местные политики могут распоряжаться ими на свое усмотрения, но процедура выделения финансов тому или иному предпринимателю осложнена влиянием ООО «Инвестиционное агентство», которое контролирует оставшиеся 1,2 миллиарда рублей. Инвестагенство находится в Москве, и создано оно как раз с целью поддержки югоосетинских предпринимателей. Деньги из структуры выделяются под процент — 10% годовых. Важно заметить, что «Инвестиционное агентство» принимает окончательное решение по финансированию предлагаемого проекта, то есть оно может перечеркнуть одобрение Цхинвала.

На самом деле программа действительно интересная. Во всяком случае, ее инициация — верный ход. Ибо Осетии с ее разрушенной экономикой ничего не остается, кроме как рассчитывать на частное предпринимательство. В идеале проект принес бы значительные плоды, но какова реальность? Программа запущена еще в 2015 году, и тогда уже заявлялось, что проект сулит всем желающим огромную поддержку, главное только доказать выгодность своей предпринимательской деятельности. Местный эксперт Юрий Вазагов восторженно заявлял: «Столь крупные вливания в реальную экономику республики осуществляются впервые». И все в это верили. Сомневающиеся и вовсе испарились, когда через некоторое время правительство РЮО подписало с компанией «Евродон» договор на строительство мясоперерабатывающего комплекса. На этот проект должны были пойти деньги из «Инвестагентства». Но не пошли, не пошли они и на абсолютное большинство прочих проектов, предложенных местными предпринимателями. Договор с «Евродоном» подписывал уже упоминаемый Алан Техов. Он позитивно оценивал будущее нового предприятия и заявлял, что в инвестировании сомневаться не стоит. Но, как оказалось, стоило. На МПК деньги долго никто не выделял. А ведь Алан Техов твердил: «Южная Осетия — аграрная страна», и ей в первую очередь нужны сельскохозяйственные проекты. Подержали зампредседателя и его коллеги по правительству — в марте нынешнего года министр экономического развития Вильям Дзагоев удивлялся, почему до сих пор нет никаких продвижений в деле «Евродона». В общем, финансирование утвердили, но лишь «в части финансирования государственного строительства объектов инфраструктуры». Реальную же стройку собирались начать после положительного решения со стороны «Инвестагенства». Оно последовало — выдали кредит в размере 135 миллионов рублей.

Это, определенно, победа. Но она — одна из немногих. За все время существования обозначенной программы «Инвестиционное агентство» поощрило лишь три предпринимательских инициативы. Одна из них уже была упомянута. Вторая — открытие кафе. В настоящее время это единственный реализованный по программе проект. Кафе открыли, оно работает и, надо сказать, пользуется спросом, пускай и не очень значительным. Но, представляется, это достижение не окажет хоть сколько-нибудь серьезное влияние на экономический прогресс целой страны.

Самым же амбициозным из профинансированных проектов является «Сады Осетии». Организаторы хотят засадить плодоносными деревьями 150 гектаров, и для этого им нужно несколько сотен миллионов рублей. Пока «Инвестагенство» раскошелилось только на 180 миллионов, но для начала этого хватит. Пожалуй, это единственный «реальный» проект. Предполагается, что за счет него будет создано более ста рабочих мест, что, впрочем, вопрос отдаленной перспективы. Ну вот и все достижения.

Недоумевают по этому поводу общественники и журналисты. Но Алан Техов достаточно спокойно на все реагирует — говорит, что скоро будут реализованы еще какие-то проекты, а также ссылается на «жесткие критерии» выдачи кредитов. Более аргументов у него нет, да и где их взять? Очевидно, что программа потерпела крах. Подобными мерами не воскресить того, что некогда называлось экономикой Южной Осетии. Очевидно, что бюрократически усложненный процесс финансирования необходимо упростить. Надо обойтись без «Инвестагенства» и решать все на месте в Цхинвале, но с обязательным привлечением российских специалистов. Такого мнения придерживается политолог Джульетта Козаева. Она уверена, что в первую очередь именно бюрократия вредит частному предпринимательству республики. Во-вторых, считает Козаева, надо сконцентрировать финансирование на сельскохозяйственных проектах. В противном случае, программа окажется неэффективной.

Популярное в сети
Цитаты
Михаил Александров

Военно-политический эксперт

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Lentainform
Медиаметрикс
Жэньминь Жибао
НСН
Финам
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Поволжье